Название нашей рубрики — «Библия и археология» — для многих выходцев из Советского Союза звучит как оксиморон, (греч. oxymoron, буквально — остроумно-глупое), стилистическая фигура, сочетание противоположных по значению слов (Российский Энциклопедический Словарь). Ведь археология — это серьезная наука, а Библия... что такое Библия? «Мифы и легенды древнего Востока», как в книге Немировского? Плод воображения древних пастушеских племен? Отредактированная, архаизированная жреческая фальсификация?
В этой рубрике мы ставим перед собою цель выяснить соотношение Библии и археологии и уже представили целый ряд потрясающих данных, свидетельствующих не только о правдивости и исторической достоверности Библии, но и о безмерном долге археологии как науки перед Библией. Именно эта древняя книга вдохновляла исследователей зарождающейся «науки лопаты» на поиски исчезнувших цивилизаций. Именно вера в точность Библии воскресила для нас сокровища минувших тысячелетий. Сегодня наш разговор пойдет о том, как лoпата археолога подтвердила библейское повествование о патриархах.
«Андре Парро... был... очень интересным человеком. Он начал с теологии. Хотя Парро — сын пастора из Восточной Франции и доктор теологии — не был единственным священником, жизненный корабль которого пришел в гавань археологии, но он оказался, по крайней мере до сегодняшнего дня, одним из наиболее удачливых теологов, которые делали попытки проверить основы библейских откровений с лопатой в руках. Когда Андре Парро, через 24 года после открытия Мари, в 1957 году, временно прекратил свои раскопки, он успел превратиться из молодого 32-летнего доктора и профессора протестантской теологии в известного во всем мире 56-летнего археолога — главного хранителя национальных музеев Франции, кавалера Почетного легиона и автора целого ряда значительных трудов о своих раскопках, особенно о раскопках в Мари» (Э. Церен, «Библейские холмы», М.: ТЕРРА, 2003, стр. 115).
«Мари (ныне холм Тель-Харири, Сирия), древний город-государство на среднем Евфрате... В результате археологических раскопок (ведутся французской экспедицией под руководством А. Парро с 1933) раскрыты относящиеся к 3-му — началу 2-го тысячелетия до н. э. кирпичный зиккурат, святилища с каменными статуями и перламутровой мозаикой, храмы Иштар, Дагана, отдельные городские кварталы. Характерный образец древне-восточной дворцовой архитектуры — грандиозный дворец царя Зимрилима (18 век до н. э.), из сырца, с 260 помещениями и несколькими внутренними дворами; церемониальные залы украшены росписями (по сухому на тонкой глиняной обмазке), с чётким плоскостным рисунком (культовые сцены, иногда с жанровой трактовкой); найдены печати, каменные статуи, бронзовые фигуры львов, а также государственный архив клинописных документов (свыше 20 000 табличек), относящийся к 19—18 векам до н. э» (Большая Советская Энциклопедия).
«Бельгийский университет в Люттихе взял на себя расшифровку и перевод многочисленных клинописных таблиц из Мари. И вот все знатоки Библии неожиданно получили из Мари большой сюрприз. Ибо найденные архивы содержали важные сведения для понимания библейской истории древнейшего времени» (Э. Церен, стр. 116).
Но прежде, чем поведать о том, что именно открыли исследователям древние таблицы, расскажем подробнее о том, как произошла эта удивительная находка. «Между Мосулом и Дамаском находится холм, названный арабами Тель-Харири. Рабочие, рывшие там однажды могилу, нашли странного стиля статуэтку, относящуюся к какой-то незнакомой культуре. Парро, узнав о находке, поспешил туда и в 1934 году начал систематические раскопки. Уже в первые дни он нашел фигуру бородатого мужчины с молитвенно сложенными руками. Клинописный текст у основания скульптуры гласил: “Я Лами-Мари, царь государства Мари...”
Эта новая находка произвела колоссальное впечатление. О существовании в древности государства Мари, правда, было известно и ранее, но никому не удавалось установить, где оно находилось. В семнадцатом веке до нашей эры страну завоевали вавилонские войска и сровняли ее столицу с землей, так что от нее не осталось и следа. Дальнейшие поиски Парро подтвердили, что под холмом находятся развалины столицы Мари. Были обнаружены храм, жилые дома, крепостные стены, зиккурат и прежде всего великолепный царский дворец, построенный в третьем тысячелетии до нашей эры Дворец состоял из двухсот шестидесяти комнат и залов. Там были кухни, бани с ваннами, тронный зал и молельня, посвященная богине Иштар. Всюду виднелись следы пожара и умышленного разрушения — безусловные признаки вавилонского нашествия» (З. Косидовский, «Библейские Сказания», М.: ТЕРРА, 2001, стр. 66,67).
«Когда ученые начали расшифровывать хроники, рапорты и переписку государства Мари, обнаружилась удивительная вещь: упоминаемые в этих документах названия городов Нахур, Фаррахи, Сарухи и Фалеки поразительно похожи на имена родственников Авраама — Нахор, Фарра, Серух и Фалек. Кроме того, там говорится о племенах Авам-рам, Иакоб-эль и даже о племени Вениамин, которое появилось на границе и досаждало жителям Мари. Не подлежит сомнению, что имена Авраама, его внука Иакова и самого младшего из сыновей Иакова, Вениамина, находятся в непосредственной связи с названиями этих племен. Кстати, стоит напомнить, что тестя Нахора в Библии зовут Харран; таким образом, мы и здесь видим полное совпадение имени человека с названием города» (З. Косидовский, стр. 67).
«В клинописных табличках из Мари идет речь о племенах пустыни, кочевавших к северу от Мари, в районе Харрана; эти племена были воинственны, иногда занимались грабежом. Месопотамские цари вербовали их в свои войска. Тексты из Мари называют эти племена пустыни «хабиру» или «хабири» — название, которое повторялось потом и в других клинописных текстах; обычно его понимают как обозначение евреев.
Среди этих «хабиру» из Харрана в литературе Мари упоминается особое племя «сынов юга», племя «веньямин». В Библии Веньямин — один из сыновей Иакова. Указание на город Харран, где жили «хабиру» и племя «веньямин», вызывает воспоминание не только о самом Иакове, который долгое время, как сообщает Библия, жил в Харране, но прежде всего о деде Иакова, Аврааме, Потому что Авраам вышел из Ура халдейского в Харран и только оттуда, из Харрана, пошел в Ханаан, в Землю Обетованную» (Э. Церен, стр. 117). «Названия ряда мест вблизи Харрана соответствуют некоторым библейским именам. И прежде всего имя одного из братьев Авраама — Арран (I кн. Моисея, II, 31). Совпадают также названия и имена: Фарра, Нахор и Серух. Помимо Аррана бросается в глаза имя Фарра, которого Ветхий завет называет отцом Авраама: “Серух... родил Нахора... родил сынов и дочерей... Нахор... родил Фарру (отца Авраама)... Фарра... родил Аврама, Нахора и Аррана”» (Э. Церен, стр. 118). «Многое из того, что содержится в Библии, которая сравнительно недавно считалась единственным и предположительно самым древнейшим источником, убедительно связывается с Междуречьем» (Э. Церен, стр. 72).
Приведем несколько примеров. В Библии описывается: «Но Сара, жена Аврамова, не рождала ему. У ней была служанка Египтянка, именем Агарь. И сказала Сара Авраму: вот, Господь заключил чрево мое, чтобы мне не рождать; войди же к служанке моей: может быть, я буду иметь детей от нее. Аврам послушался слов Сары. И взяла Сара, жена Аврамова, служанку свою, Египтянку Агарь, по истечении тесяти лет пребывания Аврамова в земле Ханаанской, и дала ее Авраму, мужу своему, в жену» (Быт. 16:1-3). Чуть позже, в истории патриарха Иакова, находим похожую картину: «И увидела Рахиль, что она не рождает детей Иакову... она сказала: вот служанка моя Валла; войди к ней: пусть она родит на колена мои, чтобы и я имела детей от нее. И дала она Валлу, служанку свою, в жену ему; и вошел к ней Иаков. Валла зачала, и родила Иакову сына» (Быт. 30:1-5).
Современному человеку кажутся обсолютно непонятными описанные ситуации. Как женщина может иметь детей от другой женщины? Почему, если родить на колена жены, то ребенок считается ее сыном?
«История Агари тоже находит объяснение в месопотамских обычаях, зафиксированных в законодательстве Хаммурапи. Закон четко определил место наложницы и ее детей в семье. Наложница должна была рожать на коленях у бездетной супруги. Это был акт формального признания сына рабыни законным наследником рода. В Библии этот своеобразный обычай отражен в сказании о дочерях Лавана. В архиве, найденном среди развалин дома богатого месопотамского купца в Нузу, обнаружен брачный контракт семьи Тегаптилли (около 1500 года до нашей эры); в нем содержится, в частности, следующий параграф:
“Если у жены будут дети, муж не имеет права брать вторую жену. Если же у нее детей не будет, она сама выберет мужу рабыню, а детей, рожденных от этого союза, воспитает, как своих собственных”. (З. Косидовский, стр. 70).
Еще один пример. В Библии говорится: «И возвел Авраам очи свои, и увидел: и вот назади овен, запутавшийся в чаще рогами своими. Авраам пошел, взял овна, и принес его во всесожжение вместо сына своего» (Быт. 22:13). «Английский археолог Вулли при раскопках Ура нашел скульптуру барана, запутавшегося рогами в кустарнике. Эта скульптура, очевидно, почиталась у шумеров как святыня. Об этом свидетельствует не только тот факт, что ее нашли в одной из царских гробниц, но и то, как она выполнена. Деревянная скульптура обшита золотом, а бараньи рога и ветви кустарника древний мастер сделал из ляпис-лазури» (З. Косидовский, стр. 72).
Еще один фрагмент библейского повествования, которое было не до конца понятно, а потому вызывало подозрения в недостоверности, связан с распорядителем имущества Авраама: «Аврам сказал: Владыка Господи! Что ты дашь мне? Я остаюсь бездетным; распорядитель в доме моем этот Елиезер из Дамаска. И сказал Авраам: вот, Ты не дал мне потомства, и вот, домочадец мой наследник мой» (Быт. 15:2,3).
«Из табличек Нузи мы узнаем, что существовал обычай, согласно которому бездетные пары принимали «сына», который ухаживал за приемными родителями, и за это наследовал их имение. Однако, если позже рождался наследник, это соглашение могло быть до определенной степени аннулировано» (The Bible As History, Werner Keller, Barnes & Noble Books, New York, 1995, p. 68).
«Долгое время оставался загадочным вопрос о статуэтках домашних божков, украденных Рахилью. Исследователей Библии интересовало, зачем Рахиль украла статуэтки и почему Лаван придавал им такое значение. Ответ был найден лишь недавно. В архиве клинописных табличек из Нузу было обнаружено завещание, в котором отец оставляет старшему сыну статуэтку домашнего божка и главную долю наследства. Отец подчеркивает в своем завещании, что другие сыновья имеют право приходить в дом основного наследника и приносить жертвы божку. Согласно законодательству Хаммурапи, зять, обладающий статуэткой тестя, пользовался правом на наследство наравне с сыновьями. Исходя из этого, можно предполагать, что Рахилью руководили чисто практические соображения: украв статуэтку, она обеспечивала своему мужу права на наследство. Лаван знал об этом и именно поэтому так настойчиво добивался возвращения украденного» (З. Косидовский, стр. 73).
Заканчивая статью, приведем высказывание немецкого исследователя Вернера Келлера: «Документы царства Мари представляют потрясающее доказательство того, что истории патриархов в Библии вовсе не “благочестивые легенды”»
(The Bible As History, Werner Keller, Barnes & Noble Books, New York, 1995, p. 67).
|
